Почему посадка деревьев – это не всегда экологично

Это наша статья для https://www.finversia.ru/publication/experts/pochemu-posadka-derevev-eto-ne-vsegda-ekologichno-182382 

Миллион саженцев за один час выглядит как безоговорочная польза для природы, пока не прозвучит следующий вопрос: сколько из них переживет хотя бы пару сезонов? Рекордные акции собирают тысячи добровольцев, попадают в новости, а лес тем временем живет по своему календарю, где важны десятилетия, а не часы. Почему число посаженных деревьев само по себе мало что говорит о результате, чем лес отличается от плантации и как выглядит лесовосстановление, которое действительно работает, – в том числе и в нашей стране.

Фантомные леса: когда посадка становится PR-акцией

8 марта 2012 года на Филиппинах 7 тыс. участников посадили 1 009 029 мангровых растений ровно за один час. Акция прошла на участке площадью 62 га и попала в «Книгу рекордов Гиннесса». Масштаб измерили с точностью до одного растения, и в этом заключается главная особенность подобных мероприятий: число высаженных деревьев можно зафиксировать в день события, а вот сколько из них прижилось и какой участок сформировался спустя годы, неизвестно.

Чтобы оценить судьбу такого проекта, нужны сведения о состоянии участка через несколько лет, методика обследования и точное число живых растений. Нередко в разговоре о той акции звучит информация, что спустя десять лет сохранилось менее 2% деревьев.

Примеры из разных экосистем

11 ноября 2019 года в Турции прошла национальная акция по посадке 11 млн. деревьев. В январе 2020 года газета The Guardian сообщила, что, по оценке профсоюза работников сельского и лесного хозяйства, до 90% проверенных саженцев могли погибнуть. Оценка появилась через несколько месяцев после мероприятия и отражала результаты именно профсоюзной проверки, а вовсе не общенациональной переписи всех высаженных деревьев. Правда, и без такой переписи пример наглядно показывает, как далеко заявленное количество может оказаться от числа живых растений.

Систематические данные дает исследование 2017 года в журнале Restoration Ecology, посвященное восстановлению мангровых лесов на Шри-Ланке. Ученые изучили 23 участка и 67 попыток восстановления. На девяти участках не выжило ни одного растения. Выживаемость на разных территориях колебалась от 0 до 78%, а показатель выше 50% зафиксировали лишь на трех участках.

Результаты зависели от почвы, выбора места и последующего ухода за посадками. Для мангровых зарослей это особенно существенно: успех требует учитывать приливный режим, уровень воды, соленость и характеристики грунта. Если растения высадили там, где условия не подходят выбранному виду, никакое увеличение числа саженцев ошибку не исправит.

Эти истории раскрывают разные стороны одной проблемы. Филиппинский рекорд демонстрирует масштаб акции, турецкий случай показывает разрыв между заявленным количеством и последующей проверкой, а шри-ланкийское исследование приносит данные сразу по многим участкам. При сравнении стоит помнить, что экосистемы, сроки наблюдения и методы оценки у всех трех кейсов различаются.

Монокультура: почему один вид дерева – это не лес

Монокультурой называют насаждение, где преобладает один вид деревьев. Для выращивания древесины такой подход удобен: у деревьев одного вида сходные требования к условиям, а уход за ровными рядами проще планировать. Экологические последствия зависят от того, где создано насаждение, какие функции выполняет территория и какие виды способны в нем жить.

В 2025 году журнал Ecological Solutions and Evidence опубликовал работу о еловых монокультурах, местных смешанных лиственных лесах и пастбищах в предгорьях Альп. Видовое богатство (количество видов на изучаемой территории) растений в еловых монокультурах оказалось на 39% ниже, чем в местных смешанных лесах, и на 56% ниже, чем на пастбищах.

Показатель характеризует лишь одну сторону биоразнообразия. Он сам по себе не говорит ни об устойчивости леса к пожарам, ни о накоплении углерода, ни о том, какие условия получают птицы, насекомые и другие организмы. Тем не менее, сравнение показывает: появление древесного покрова еще не гарантирует возвращения того разнообразия растительности, которое свойственно местной экосистеме.

Систематический обзор 71 исследования, опубликованный в 2025 году в журнале Biological Conservation, сопоставил монокультурные и смешанные лесные плантации. Метаанализ выявил статистически значимое преимущество смешанных посадок по таксономическому разнообразию в целом. Однако в 64% рассмотренных наблюдений различия значимыми не оказались, а результаты менялись в зависимости от климата, числа высаженных видов, возраста насаждений и группы организмов.

Положительный эффект чаще появлялся там, где сочеталось больше двух видов деревьев: в 49% наблюдений для смесей из трех и более видов и в 29% для смесей из двух. Среди групп организмов лучше всех откликались птицы, обитатели лесной подстилки и растения нижних ярусов. При выборе пород разумнее опираться на виды, которые естественно растут в регионе и приспособлены к его климату и почвам. Правда, смешанная посадка из неподходящих видов тоже не гарантирует хорошего итога.

Иногда лесу достаточно просто не мешать

Для восстановления древесного покрова есть несколько путей: высаживать питомниковые саженцы, создавать условия для естественного возобновления или сочетать оба метода. Выбор определяется тем, насколько повреждена территория, остались ли рядом взрослые деревья и источники семян, есть ли молодая поросль и способен ли участок восстановиться самостоятельно.

Естественное возобновление особенно перспективно там, где уцелели семенные деревья и почвенные условия, подходящие для местных видов. Молодой лес может появиться без масштабной высадки. Если же участок сильно деградировал, семян поблизости нет или процесс идет слишком медленно, посадка бывает необходима.

В 2025 году журнал Earth's Future опубликовал исследование потенциала содействия естественному восстановлению лесов в Китае. Авторы определили более 5 млн. га территорий, подходящих для такого подхода. По расчетной модели, восстановление приоритетных участков могло бы дать до 47 млрд. тонн поглощения CO₂, снизить риск исчезновения лесозависимых видов на 41% и сократить затраты на 32% по сравнению с монокультурными плантациями. Для России понадобилась бы отдельная оценка с учетом климата, типов леса, состояния почв, пожарных рисков и особенностей землепользования.

К тому же естественное возобновление тоже требует наблюдений. Молодые деревья гибнут от засухи, конкуренции с травами, выпаса животных и других причин. Порой приходится беречь семенные деревья, защищать поросль или регулировать растительность, которая мешает росту. Отказ от массовой посадки гарантией успеха не служит, он лишь меняет набор задач. Экологический проект должен начинаться с оценки состояния территории, а не с заранее назначенного числа саженцев.

Российская практика

В России лесовосстановление учитывается в том числе по площади участков, где проведены соответствующие мероприятия. Однако площадь выполненных работ и состояние леса через несколько лет описывают разные вещи, и для оценки качества нужно знать приживаемость, рост деревьев и состояние восстановленной территории.

24 декабря 2025 года Рослесхоз сообщил, что по итогам года лесовосстановление провели на площади 1,3 млн. га, и объявил об усилении контроля за искусственным лесовосстановлением в 2026 году. Среди выявленных нарушений назывались несоответствие выполненных работ проектам, использование нерайонированного посадочного материала, отсутствие агротехнического ухода и неправильный выбор участков. По словам заместителя руководителя ведомства Алексея Венглинского, такие нарушения ведут к низкой приживаемости, а в отдельных случаях к гибели лесных культур. Проверить качество работ планировалось на всех участках искусственного лесовосстановления.

В апреле 2026 года Рослесхоз отдельно сообщил об обследовании 55 тысяч га участков искусственного и компенсационного лесовосстановления, причем специалистам поручили уделить особое внимание качеству выполненных работ. Контроль, как видим, включает возвращение на участок уже после того, как посадка завершена.

При этом сама площадь лесовосстановления не позволяет судить о доле выживших деревьев. Для такого вывода нужны результаты обследований с указанием сроков, методики и состояния насаждений. Данные Рослесхоза подтверждают наличие проблем с качеством работ, но не дают права утверждать, что в стране повсеместно погибает какой-то определенный процент саженцев.

Уход и мониторинг растягиваются на годы

В апреле 2026 года журнал Restoration Ecology опубликовал исследование восстановления лесной растительности в средиземноморском климате. Ученые 12 лет наблюдали за более чем 11 тысячами деревьев и кустарников восьми видов, и за этот срок погибло около половины высаженных растений.

Выживаемость зависела от вида и начального размера: более крупные саженцы в среднем лучше выживали и росли спустя десять и более лет, хотя зависимость различалась между видами. Регулярное применение гербицидов в первые четыре года имело долговременную отрицательную связь с выживаемостью, хотя на рост влияло положительно. Добавление азота значимого эффекта не дало ни для выживаемости, ни для роста. Выходит, даже стандартные способы ухода за саженцами дают неоднозначный результат, и решение, годное для одной культуры, не обязательно подойдет другой.

Продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН (ФАО) считает мониторинг и уход обязательными составляющими восстановления. В ее рекомендациях предусмотрены проверка качества посадки через одну-две недели, оценка роста и выживаемости через три-шесть месяцев, осмотр участка в начале и конце сухого сезона и повторная посадка там, где растения погибли. В последующие годы могут потребоваться борьба с сорняками и вьющимися растениями, регулирование затенения, защита от пожаров и другие работы.

Такой график объясняет, почему одного осмотра сразу после посадки мало, ведь саженец может прижиться в первые месяцы, а погибнуть позже из-за засухи, конкуренции с другими растениями или повреждений. Единого срока наблюдений для всех типов леса не существует: он зависит от климата, пород, состояния участка и целей проекта. Восстановление экосистемы занимает больше времени, чем посадочные работы, и отчетность должна отражать оба процесса.

Лесовосстановление и лесоразведение требуют разных решений

Лесовосстановление обычно относится к территории, где лес уже был, например до рубки или пожара. Лесоразведение означает создание леса там, где лесного покрова прежде не существовало. Разница важна для оценки экологических проектов, ведь от выбора участка зависят последствия посадки.

Древесный покров на любой свободной земле не обязательно улучшает состояние экосистемы. Открытые пространства имеют собственную природоохранную ценность, и если на них растут естественные луговые сообщества, высадка деревьев способна изменить условия жизни местных видов. Поэтому при выборе участка необходимо учитывать его исходное состояние и природные функции.

Там, где лес когда-то рос, метод определяется характером повреждений. После пожара часть деревьев гибнет, но почва, семенной банк и окружающие насаждения нередко сохраняют условия для естественного возобновления, и тогда дополнительная посадка нужна лишь на отдельных участках. При сильной деградации почвы или отсутствии источников семян вмешательство бывает более масштабным. ФАО рекомендует оценивать возможность естественного возобновления до начала посадочных работ: восстановление может включать защиту сохранившихся семенных деревьев, помощь естественной поросли и высадку растений там, где природа не справляется сама.

Для одного участка целью служит восстановление местного леса после пожара, для другого – создание защитных насаждений, для третьего – сохранение открытой экосистемы. Количество высаженных деревьев не может выступать единым критерием оценки для всех этих задач.

Инициатива одного триллиона деревьев

21 января 2020 года Всемирный экономический форум объявил о запуске громкой инициативы 1t.org. Ее цель в том, чтобы содействовать сохранению, восстановлению и выращиванию триллиона деревьев к 2030 году. Программа объединяет разные виды деятельности, включая сохранение существующих лесов и восстановление утраченного древесного покрова.

Масштаб цели не доказывает, что перед нами гринвошинг. Для такой оценки нужно изучать конкретные проекты: какие территории они охватывают, что именно делают участники, как учитывают сохранность деревьев и чем подтверждают экологический эффект. Для климатических проектов к тому же важны продолжительность хранения углерода и риски его последующего высвобождения. Деревья поглощают углекислый газ по мере роста, но величина поглощения зависит от вида, возраста, условий и состояния леса, а пожары, болезни и гибель насаждений способны изменить ожидаемый результат.

Количество деревьев в международной инициативе нельзя автоматически приравнивать к объему предотвращенных выбросов или поглощенного углерода. Для этого нужны отдельные расчеты, наблюдения и прозрачная методика учета.

Почему нужны сервисы, которые занимаются лесом профессионально

Вся описанная выше цепочка (выбор участка, оценка возможности естественного возобновления, подбор местных пород, многолетний уход, повторные обследования) требует знаний и людей, которые будут заниматься лесом не один день на празднике посадки, а годами. Рядовая компания, решившая «сделать что-то для экологии», такими компетенциями обычно не располагает. Здесь и находится место для лесовосстановительных сервисов, которые берут на себя ту часть работы, которая остается за кадром, то есть оценку участка, подбор посадочного материала, агротехнический уход и учет приживаемости.

Рослесхоз сам называет типичные причины низкой приживаемости: работы не соответствуют проектам, используется не тот посадочный материал, нет ухода, участки выбраны неверно. Все четыре пункта относятся к профессиональной части дела, а не к желанию помочь. Сервис, который отвечает за выбор места, районирование саженцев и последующие осмотры, закрывает именно эти риски. Для бизнеса, который хочет подкрепить экологическую политику реальным вкладом, это означает возможность получить отчет с данными о состоянии посадок, а не только справку о количестве высаженных деревьев.

Правда, и к такому партнеру стоит предъявлять требования. Хороший признак – когда проект оценивают по срокам и методике: когда проводились обследования, по какой схеме считалась приживаемость, какие породы и в какой смеси высаживали. Если вместо этого звучит лишь общее число саженцев, повод для осторожности есть независимо от громкости бренда.

Настоящий климатический актив измеряется выросшим лесом

Приведенные исследования показывают, что результат посадки складывается из нескольких взаимосвязанных условий. На Шри-Ланке выживаемость мангровых растений зависела от ухода и характеристик участка. Есть большая разница в видовом богатстве между еловыми монокультурами и местными смешанными лесами. Двенадцатилетний эксперимент 2026 года показал, что даже при длительном наблюдении около половины высаженных растений может погибнуть, а итог зависит от вида и исходного размера саженца.

Эти примеры взяты из разных экосистем, поэтому складывать их в универсальный процент успешности нельзя. Зато вывод у них общий: качество восстановления определяется не одним показателем. Нужно знать, сколько растений выжило, как они растут, какие виды формируют насаждение и меняется ли состояние территории в сторону поставленной цели.

Отчетность, ограниченная числом саженцев, фиксирует объем выполненных работ. Чтобы оценить экологический результат, требуются данные последующих обследований, сведения о составе насаждений и понятная методика фиксации изменений. Для компании, которая планирует лесной проект, первое практическое действие простое: прежде чем обсуждать число деревьев, выяснить, кто выберет участок, кто будет ухаживать за посадками и кто через три, пять и семь лет проверит, что на этом месте действительно растет лес.